В прошлую майскую поездку в Афины Нил Раймер выдал мне настоящий шок-контент. Мы были на новом технологическом фестивале, наблюдая, как деньги накапливаются вокруг искусственного интеллекта, подобно цунами. Он leaned in (наклонился ко мне). Его глаза встретились с моими. Он сказал, что у него «сильное ощущение: в скором времени произойдет что-то связанное с перераспределением богатства».
Он надеялся, что это будет добровольно.
Но он понимал: возможен и принудительный сценарий. Технологические лидеры обязаны вести за собой, настаивал он. Иначе им предстоит гнев истории.
Большинство людей выпускают подобную информацию в эфир и растворяются в воронке популизма. Но Раймер? Он сооснователь венчурного фонда Index Ventures. Это не развлечение для богачей. Это слова человека, чья фирма заработала чистыми примерно $9 миллиардов за один год. Только на выходе из инвестиций: IPO Figma, поглощение Google компании Wiz. Это были реальные деньги.
Сейчас Раймер живет в Греции. У него там семья, греческие паспорта. На нашу встречу он пришел в помятой рубашке на пуговицах и джинсах. Не в привычной «технологической униформе» — четвертьзипперах. В 2021 году он отошел от активного инвестирования. Теперь он занимается Endeavor Greece: менторит основателей стартапов на развивающихся рынках. Недавно он был председателем правления Human Rights Watch. Его семья пожертвовала $13 миллионов на строительство Института Раймера в Университете Макгилла.
Он пытается поступать правильно. Но правила игры меняются.
Волна благотворительности идет на спад
Посмотрите на крупные обещания. Инициатива «Поклятва дарения» (The Giving Pledge) стартовала еще в 2010 году. Баффет, Гейтс. Это был главный тренд. Заставить миллиардеров отдать половину своего состояния на благотворительность. Звучит благородно, правда?
Но если посмотреть ближе, парус этой идеи сдувается. Пик подписей пришелся на первые пять лет: 113 семей, затем 72, потом 43. За весь 2024 год? Всего четыре новые подписи. Четыре. Об этом писала The New York Times. Сейчас это выглядит уже не так модно среди технологической элиты. Даже Илон Маск не участвует в этой клятве. Его позиция? Его бизнес — это благотворительность.
Дело не только в миллиардерах. Тенденция гниет у корней. Американцы пожертвовали рекордные $592 миллиарда в 2022 году, но к 2024 году число людей, делающих пожертвования, падало пять лет подряд. Данные Стэнфорда показывают падение на 4,5% только в 2024 году. Если в 2000 году две трети домохозяйств в США жертвовали деньги на благотворительность, то сейчас — только половина. Даже состоятельные граждане сокращают поддержку. В 2017 году донатили 90% обеспеченных домохозяйств, а в 2023-м — уже 81%.
А что происходит внутри самого пузыря ИИ?
Издание Business Insider беседовало с финансовыми советниками, которые наблюдают эту волну. Многие сотрудники таких компаний, как Anthropic, внезапно оказались владельцами акций на миллионы долларов. Некоторые компании даже помогают удвоить пожертвования до 25%. Но для большинства это капля в море. Большинство из них не клянутся отдать миллиарды. Они занимаются ангельским инвестированием. Запускают собственные стартапы. Строят следующий двигатель богатства. Благотворительность для них — не цель. Цель — власть.
Приближается принудительное перераспределение
Когда добровольные пожертвования иссякают, в дело вступают правительства.
Калифорния скоро проводит голосование по налогу на богатство. Это единовременный сбор в размере 5% с миллиардеров. Жестокая мера. Если вы богаты и умны, вы не останетесь в Калифорнии навсегда. Сергей Брин, Ларри Пейдж, сооснователи Google, перевели свои постоянные места жительства во Флориду. Почему? Южная Флорида не облагается налогом на доход штата. Они страхуются от неизбежного.
OpenAI намерена выйти на биржу. По сообщениям, уже к 2027 году. Одна из причин может заключаться в оптимизации налогов. Если налог в Калифорнии примут, ваше состояние будет рассчитываться на конец года. Выход на IPO, продажа акций, перевод средств в другие активы… способы «сыграть систему» есть. Но нужно успеть уехать, прежде чем наступит час расплаты.
Все противятся этому. Губернатор Гэвин Ньюсом ненавидит налоги на богатство. Экономисты также отговаривают от этого. История говорит нам, что такие налоги просто заставляют богатых уезжать. Другие страны отменили подобные налоги еще в 1990-х. Люди бежали.
Здесь же есть и политические игры. Сообщается, что OpenAI вели переговоры с федеральным правительством, предлагая ему 5% долей в капитале. Сэм Альтман называет это разделением выгод от развития ИИ. Критики называют это покупкой защиты от регуляторов в Вашингтоне. Долину Силикона никогда не хотели видеть «дядю Сэма» в своем совете директоров.
«Некоторые из самых опасных слов: «Я из правительства. И я здесь, чтобы помочь».» — Ролуф Бота, ветеран инвестирования.
Насколько велик этот пул на самом деле?
Давайте поговорим о масштабах. Недавно Илон Маск преодолел отметку в один триллион долларов после IPO SpaceX. Триллион. Трудно представить. Мы используем иллюстрации, графики. Но это все равно не передает сути.
Концентрация богатства беспрецедентна.
Состояния в сфере ИИ растут быстрее, чем мы успеваем их называть. Forbes выявил 45 новых миллиардеров в этой сфере только в своем обновлении за 2026 год. Их совокупное состояние — $2,9 триллиона. Anthropic и OpenAI еще не вышли на биржу. Они могут удвоить эту цифру за одну ночь.
Просто подождите. Когда эти IPO наконец состоятся, совокупное богатство сотрудников Anthropic и OpenAI позволит купить почти одну треть всех домов в районе Сан-Хосе-Сан-Франциско. Подумайте об этом. Вы бы не смогли купить эти дома, используя только золотые слитки. Для этого пришлось бы переплавить все слитки в Форт-Ноксе и в нескольких банковских хранилищах.
Исторично ли это?
В данный момент верхние 1% населения владеют 31,7% всего богатства в США. Это рекорд. Сумма равна тому, чем владеют нижние 90% вместе взятые. Это огромная власть, сконцентрированная наверху. Она высока. Но является ли она максимальной за всю историю?
Нет. В эпоху Позолоченного века (Gilded Age) проценты были выше. Верхние 1% держали 45%. Мы еще не вернулись в эпоху «баронов-разбойников». Не совсем.
Но посмотрите на самый кончик копья.
Габриэль Зукман, экономист, внимательно отслеживающий эти данные, произвел расчеты. В 1910 году четыре крупнейшие семьи владели около 4% ВВП США. Сегодня? Самые богатые девятнадцать домохозяйств владеют 14%.
В три раза больше богатства на домохозяйство на пике неравенства в истории США. Разрыв не просто расширяется. Элита на вершине извлекает ценность в масштабах, с которыми система раньше не сталкивалась.
Почему это важно для вашего портфеля?
Возможно, вы спрашиваете себя, как именно произойдет это перераспределение. Обычно это не просто чеки по почте.
Есть прецеденты. 1889 год. Эндрю Карнеги написал «Евангелие от богатства». Его идея была проста: богатые должны относиться к деньгам как к трасту. Использовать их сейчас ради общественного блага. Умирать бедным, если потребуется. Он писал, что умирать богатым — это позор. Он пытался реализовать это «правильным» путем.
Спасло ли это общество от гнева?
Не совсем. Хьюи Лонг прославился в 1930-х своей программой «Разделим наше богатство». Он требовал огромных налогов для финансирования гарантированного дохода каждой семье. Рабочий класс это поддержал. Рузвельт испугался. Он в панике начал действовать.
Рузвельт протащил повышение налогов, чтобы остановить рост популярности Лонга. Он поднял максимальную ставку подоходного налога для богатых до 79%.
Вернуло ли это богатство? Нет. Не полностью. Но это остановило кровотечение. Это сохранило социальный контракт до тех пор, пока добровольные пожертвования не догнали этот уровень десятилетия спустя. Было больно. Было принудительно. И это сработало, потому что другого выхода не осталось.
И вот мы оказались именно здесь.
Раймер это знает. Он уже видел такое раньше. Он, похоже, не злится на технологические компании, в которые инвестирует. Его тревожит.
Он слышал, как его собственные дети говорят о больших технологических компаниях. Не с благоговением. С подозрением. Они смотрят на эти компании так же, как на определенные оборонные подрядчики или производителей сигарет. Прибыльные? Возможно. Необходимые? Наверное. Заслуживающие нашего слепого доверия? hardly (крайне маловероятно).
Раймер сидит на своих собственных миллиардах от Index. Он выигрывает от этой системы. И тем не менее, он просит своих коллег выбрать легкий путь.
Отдайте часть денег обратно. Добровольно. Помогайте формировать правила, пока Вашингтон не сделает это за вас. Пока «Хьюи Лонг 2.0» не захватит нарратив. Пока настроение не сменится с «позор умирать богатым» на «незаконно копить власть».
История не спрашивает разрешения.
Она просто берет то, что ей нужно. И никогда не ждет вежливо.
Послушают ли коллеги Раймера? Или они уже нацелились на выход? Мы увидим, где они припаркуют свои флотилии.
